Оглавление:
Морской комиссар P.S.

P.S./28.08.2018г.

Постановлением Президиума Верховного суда Республики Беларусь от 30 апреля 2010 года приговор, в отношении Прокурора, был отменен, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

Постановлением Минского областного суда от 21 июня 2010 года, производство по уголовному делу в отношении Прокурора прекращено за отсутствием в его деяниях состава преступления (то есть, оправдан и реабилитирован в полном объеме).

За Прокурором признано право на возмещение имущественного и морального вреда, причиненного в результате незаконного осуждения и содержания под стражей, а также право на восстановление трудовых прав, нарушенных в результате этих же действий.

Семья Дины Анст благодарит всех людей доброй воли, способствовавших этому процессу!!!!

В "Белгазете" от 30 августа 2010 года № 34 опубликовано интервью Прокурора, об оправдательном приговоре спустя 3 года и 3 месяца пребывания в колонии усиленного режима: "…Я разочаровался в должностных лицах нетрадиционной правовой ориентации…". По выходу этого номера ко мне подходили сослуживцы, знакомые, малознакомые и незнакомые мне люди и спрашивали, спрашивали, спрашивали каждый о своем.

Об этом времени в вопросах и ответах позволю себе кратко о главном.

Прокурор был незаконно осужден и находился в колонии усиленного режима 3 года и 3 месяца. Какими были для меня эти годы, месяцы, дни без него на свободе?

По делу Прокурора меня смутили целый ряд моментов и, в еще большей степени, то, что, они, эти моменты, почему-то не смутили ни следствие, ни суд. Было очевидным, что ситуация складывается крайне нестандартная, выбраться из которой в одиночку ему будет непросто. Мы были в разводе. Наверное, найдется не много женщин, у которых не осталось бы обид на своих "бывших". Были такие обиды на экс-мужа и у меня. Только я отодвинула в сторону весь их миллион: они показались мне мелкими, малозначимыми по сравнению с тем, что произошло.

Далее все было как на море, как экзамен на верность Морю: "…Полный назад! Стоп машины! На воду шлюпки!…" В августе 2007 года (через 6 месяцев после ареста), в колонии, мы с Прокурором снова зарегистрировали брак. Это было возможно. Глубокое уважение к личности друг друга мы имели всегда и сохраняем в настоящее время. В связи с бракосочетанием состоялось наше первое длительное свидание (3-е суток), на котором мы смогли обстоятельно обсудить сложившуюся ситуацию и пути возможного выхода из нее.

Услугами адвокатов мы не пользовались - справлялись сами. Все обращения муж готовил сам и присылал домой черновики. Дочь-студентка набирала их на компьютере. Моя задача была придать материалу цельный вид, отредактировать и в чистом виде отправить обратно мужу в колонию, откуда осуществлялась их отправка по назначению.

У нас две дочери. Они остались без отца, без его материальной поддержки, без конфискованной бытовой техники, в том числе без холодильника.

В целом мы не бедствовали. Я получала зарплату государственной служащей с максимальной надбавкой за выслугу лет, одновременно пенсию и смогла оплатить учебу младшей дочери на юридическом факультете Белгосуниверситета, а после завершения учебы - посредством кредита погасить судебный иск мужа (обязательное условие для условно-досрочного освобождения осужденного). Наша старшая дочь на свою пенсию по инвалидности с детства также старалась прикупить нужное в дом. Посылки мужу помогали собирать деньгами родные, а к праздникам и Дню рождения - его товарищи. Это время останется в моей памяти, в частности, бесконечными марш-бросками с пудовыми сумками по продовольственным рынкам и до финиша в колонии.

Вместе с тем режим жесткой экономии присутствовал по всем позициям. В последний год я уже носила белье мужа камуфляжной расцветки. Еще у меня были разбитые, на непромерзаемой подошве, как я называла их, ОМОНовские ботинки. С такого снаряжения начинался мой день.

Эмоциональные, психологические перегрузки были мне по плечу. "Не каждой курве счастье!" - повторяла себе я много раз. Эта универсальная Правая присказка помогала мне выйти из любого стресса. Духовная часть тащила на себе и изможденное тело. Мы жили на Юго-западе Минска. В одно такое утро, волоча больную ногу и с разбалансированной спиной, я записала на свой литературный диктофон: "Курс на Норд-ост! Наперекор течению! Навстречу Солнцу!". Это Душа моя, Нади, уже Левой своей составной, снова и снова поднимала меня в путь. Данные формулировки использованы мной в очерке "Об энергетическом мире" при создании образа Левого царя Льва.

Как происходит регистрация брака в колонии?

В день нашего бракосочетания регистрировались примерно четырнадцать пар. Возле проходной колонии, в связи с этим, было непривычно торжественно: молоденькие невесты кружили в белых платьях или в вечерних туалетах, с замысловатыми прическами.

Опасаясь пропустить объявления, касающиеся нас, брачующихся женщин, мы все вместе находились в тамбуре под дверью спецчасти или рядом - на улице.

У одной из невест бесконечно звонил телефон. Она включала его и говорила практически одну и ту же фразу: "Мама, я тебя умоляю, не плачь!..".

Другая невеста, после очередного такого звонка, вероятно, приняв меня за маму одной из них, тихонько выдала мне на ухо: "Ух, тетя, шли бы Вы лучше уже домой!"

Сама процедура регистрации брака в колонии отличается от обычной тем, что женщины подписывают соответствующие документы, подготовленные работником ЗАГСа, по эту сторону забора в отсутствие мужчин. Затем охрана колонии проводит работника ЗАГСа к брачующимся осужденным, и те ставят в документах свои подписи на территории колонии. Вступившим в брак осужденным предоставляется внеочередное, дополнительное длительное свидание с женой.

Прошло много часов томительного ожидания, прежде чем в гостинице колонии кто-то из женщин громко крикнул по коридору: "Женихи идут!"

Во время длительных (2-3 суток) свиданий с мужем, а их состоялось тринадцать, я видела много жен осужденных. Потрясает их необычайная тягловая сила. В какой-то момент эти женщины оказались в ответе за всех: за осужденного мужа, за настоящее и будущее детей, за престарелых родителей, за себя лично, точку отсчета любой семьи.

Кто поддерживал мои душевные силы в эти годы в мире людей?

По большому счету - это мои бабушки. С маминой стороны - Устинья и ее сестры Мария и Мальвина, с папиной стороны - Елизавета. Я рассказываю о них в своей книге, а бабушке Моле (Мальвине) посвящен отдельный очерк. Всех их четырех уже много лет нет с нами. Но это ничего не меняет для меня. Мои бабушки - самые значимые в моей жизни женщины. В детстве и отрочестве, когда формировалось мое мировоззрение, рядом с ними я ощущала себя юнгой на неком боевом корабле судьбы, и меня переполняло чувство гордости от того, что я член такой славной команды.

Фотографии бабушек над туалетным столиком - это мой иконостас. А самая страстная молитва: "Господи! Дай мне сил быть достойной памяти о них!".

Здесь и портрет моей свекрови, Евдокии. В период оккупации гитлеровцы загнали ее вместе с другими мирными жителями в болото на погибель: трясина - далеко не уйдешь. А ей, в числе немногих, выпало по судьбе выбраться из смертельного круга с двумя малыми детьми на плечах. Третий ее ребенок, старшая дочь Нина, которой было десять лет, шла вслед за матерью сама, жива и помнит, что на отдельных участках болота ногами опиралась на трупы людей. Гать из тел погибших, ВЕЧНАЯ ИМ ПАМЯТЬ! стала, отчасти, дорогой их жизни.

Сама свекровь не смогла рассказывать об этом. Когда воспоминания нахлынули, она обхватила голову руками и, с отрешенными глазами, стала раскачиваться из стороны, в сторону подвывая, будто погружаясь в некий жуткий транс.

Успокоившись, мать бросила на чашу весов, дням в болоте в противовес, всю свою непростую жизнь.

Евдокия овдовела, когда самому маленькому из ее семерых детей, моему мужу, был год от роду. Все дети выросли при ней - никого не отдала в интернат. Тунеядцев или осужденных, за известным исключением, среди них не было.

Видимо за безграничную материнскую самоотверженность Боги пощадили Евдокию еще раз - драгоценный ее сердцу младшенький сын-прокурор был незаконно осужден уже после ее кончины.

Друзья, знакомые - как они восприняли осуждение Прокурора, что изменилось в отношениях с ними?

Любой из друзей и знакомых, не зная истинной ситуации по делу Прокурора, имел моральное право, а то и должен был, в рамках своей гражданской позиции, отвернуться от коррупционера. В принципе это естественно и правильно.

Вместе с тем, есть еще и общечеловеческие духовные нормы и правила жизни не соблюдать которые, как минимум, неприлично, а в особых случаях и вовсе святотатственно.

Несколько лет назад, до ареста мужа, рано утром у нас дома раздался телефонный звонок. Звонили соседи по даче, потрясенные случившимся - ночью, во сне, неожиданно скончалась их мать. Мы поспешили к ним.

По процедуре необходимо было провести обряд омовения тела покойной. Нинель, дочь умершей, стала просить об этом моего мужа. Ситуация складывалась так, что других лиц, кто мог бы сделать это, рядом не было. Прокурор осенил себя крестным знаменем и принялся за работу, отдавая последнюю дань уважения женщине-матери, труженице тете Паше. По завершении сего необычного действа он облачил тело покойной в одежды, которые для такого случая она заблаговременно приготовила себе сама. Я была рядом. Муж проделал все размеренно, спокойно, с некой вселенской грустью в глазах.

В зале суда Прокурора арестовали в пятницу во второй половине дня. Нинель знала об этом и явилась к нам на следующий день, в субботу вечером. Я ожидала от нее в адрес Прокурора участия. Ведь он всегда оказывал соседке поддержку в любой житейской проблеме. Только она не спросила про соседа НИЧЕГО, будто он не существовал в природе, поскольку уже вычеркнула его из своих списков. Целью визита Нинель было сообщить о том, что ее дочь выходит замуж и пригласить на свадьбу нашу (его) дочь.

Прокурор омывал тело ее матери, а Нинель, в час его распятия, пришла в наш дом, чтобы по существу сплясать на его костях.

Тогда про соседа я напомнила ей сама, в варианте, после которого Нинель, вся пунцовая, покинула квартиру.

Было немало других разочарований. Но удовлетворение от человеческой выдержанности и просто людкости также присутствовало. Это дорогого стоит, и серьезно поддержало нас в те дни.

По осуждению Прокурора произошла полная инвентаризация взаимоотношений с близкими, друзьями и просто знакомыми нам людьми. Отношения сохранены с теми, кто живет не только по закону, но и по совести. Избавиться от балласта было полезным.

И еще. По просьбе товарища мужа, один из знакомых мужа, отбывший срок, вместе со своей женой приняли меня у себя дома и в одночасье ввели в курс дела по целому ряду вопросов, касающихся осужденных и их семей. "Ни на кого не обижайся!" - дал мне бывалый самый главный свой совет.

Да, действительно, такой подход здорово помогает сберечь душевные силы, вместо сжигания их впустую. Подтверждаю.

Как я выходила замуж за прокурора первый раз?

В девичестве я всегда желала себе мужа, с которым мне не было бы скучно, и эта главная потребность моей души реализована в браке с Левым прокурором сполна.

После окончания финансово-экономического техникума, восемнадцатилетней девушкой, я приехала на Гомельщину для работы по распределению в городской финансовый отдел. По роду службы (налогообложение физических лиц) ежедневно (и не в кабинетных условиях) мне доводилось общаться с десятками разных незнакомых людей. Этот опыт помог мне увидеть в простом рабочем парне, моем будущем муже, лидера, ощутить особую мощь и незаурядность его души. Я знала, что мой друг хочет учиться и определилась для себя, что буду в этом ему только способствовать.

Медовый месяц мы провели за учебниками немецкого языка. Жар любви и пыл нашей страсти, отчасти, мы вложили в этот самый опасный для молодожена-абитуриента экзаменационный предмет. Откладывать было некуда - до вступительных экзаменов в юридическом институте оставалось 3 месяца. И Андрей поступил! Пока он учился в Харькове, я, заочно, окончила ВУЗ в Минске, получила от горфинотдела новую двухкомнатную квартиру, подрастила дочь.

В целом я за браки в варианте, когда мужчина выбирает того, кто его заранее выбрал. При этом считаю, что некрасивых женщин не бывает. Бывает мало денег у них, что бы оформить себя как конфетку или некий манящий к себе экзотический фрукт. Мое материальное положение в девичестве было скромным. Выход из ситуации был найден в покупке, с маминой финансовой помощью, швейной машины. Я умела шить и делала это со вкусом.

Первым моим туалетом, в котором я продефилировала перед приглянувшимся мне Андреем, был эксклюзивный комбинезон цвета спелой вишни, застегнутый наглухо на все пуговицы и замки. Он подчеркивал спортивное телосложение, указывал на авангардную натуру и фокусировал внимание на полный жажды познания взгляд.

Нужный результат был достигнут. Впоследствии муж рассказывал: "Смотрю, марсианка идет! Ну, думаю, а меня почему-то никто не проинформировал, что они, в смысле марсиане, уже здесь! Но я парень не из робкого десятка…"

Когда наше знакомство состоялось, по сезону я пошила себе стильное штроксовое плащ-пальто болотного цвета. В нем, за счет удачного фасона, кривые линии силуэта будоражили воображение и убежденных аскетов. Естественно, что общение с царевной-лягушкой такого образца для молодого человека было весьма волнительно.

Нас обвенчало море, "Девятый вал" - огромная копия полотна Айвазовского в местном кинотеатре. Потрясенные стихией, мы взялись за руки. Наши взгляды встретились. В них было обоюдное желание и готовность рвануть вместе навстречу всем ветрам, и если понадобится, страховать друг друга на штормовых волнах.

Интеллект, самое страшное оружие любой девушки, был пущен в ход на заключительном этапе, когда нужно было уладить формальности связанные с регистрацией брака.

Однажды в пути Андрей протянул мне сразу две руки. Когда наши пальцы сомкнулись, у меня, вдоль ствола позвоночника, снизу вверх пошел энергетический поток. Это было движение энергии СВОБОДЫ в связи с оптимальным ее балансом между партнерами на Левом каркасе. Левый мужчина, для Левой женщины, в таком случае, подобно водонапорной башне, создает давление в ее энергосистеме и способствует подъему ее же энергии с нижних этажей системы на самые высокие.

Были ли некие предсказания, знаки судьбы в связи с грядущим осуждением Прокурора?

В один из дней в сумерки на балкон нашей квартиры залетел огромный черный ворон. Я столкнулась с ним совершенно неожиданно. Ощущение от такого контакта жуткое. Ворон сидел на шесте для белья, на уровне моих глаз, прямо на входе на балкон и пошатывался. Глаза его были стеклянные.

Прокурор не верил в мистические заморочки. Считал рассказы о черном вороне страшилками для впечатлительных. Я перевела дыхание и решила протестировать его на этот счет. Пришла на кухню и говорю совершенно спокойно: "Иди, посмотри, какой гость у нас на балконе".

Через несколько мгновений он вернулся на кухню взбудораженный и предложил изгнать монстра.

В это время птица опустилась с шеста на пол балкона, забилась в угол и стихла. Складывалось впечатление, что ворон погибает. Я оказала ему энергетическую "скорую помощь" и убедила Прокурора не трогать бестию. Даже если птица зловещая, в такую критическую для нее минуту по-людски обеспечить ей покой и уединение.

Всю ночь на кухне я плакала от суеверного предчувствия. А на рассвете для меня было умиротворением констатировать: ворон взмыл в небо.

Как состоялась первая встреча с Прокурором на свободе?

Муж возвратился домой поздно вечером. Я ждала его. Мы обнялись. "Усталая подлодка из глубины пришла домой…" - в сердцах продекламировал он. Затем прошел в свою комнату: все его личные вещи располагались так, как он их оставил, уходя из дома в последний раз. Все и вся в этих стенах ожидали его возвращения. И этот миг наступил.

Сказочное осуждение - сказочное оправдание!

Прокурору невероятно повезло выбраться из непроходимой трясины. Видимо, сыну Евдокии на роду это было написано.

По возвращению из колонии, Андрей посетил могилу матери. "Мама наша бессмертна в нас",- высечено на ее надгробии.

В счет возмещения материального ущерба реабилитированный Прокурор получил из казны государства заработную плату и все причитающиеся по его должности выплаты за период с момента увольнения и по день вынесения оправдательного постановления. Возвращены одновременно сумма погашенного иска и оценочная стоимость конфискованного имущества.

Сумма денежной компенсации за моральный ущерб составила на момент выплаты в эквиваленте 4,6 тыс. долларов США. Много это или мало? Это лучше, чем ничего!

Почему то, что произошло - произошло?

Прокурор был осужден и оправдан на основании одной и той же доказательной базы. За время его пребывания в колонии ничего нового в его деле не появилось.

Версий случившегося несколько. Они разные. Но все начинаются с Генерального прокурора РБ, руководителя Генпрокуратуры РБ на тот момент. Полагаю, что именно это должностное лицо весьма полно может прояснить ситуацию в данном вопросе.

Могу лишь добавить, что примерно за неделю до возбуждения уголовного дела на основании материалов предварительной проверки Генпрокуратуры РБ, Генеральный прокурор РБ лично, на основании этих же материалов, уволил Прокурора с работы в Генпрокуратуре РБ приказом по статье, связанной с уголовным правонарушением.

В моем понимании, таким своим действием Генеральный прокурор РБ обозначил свою позицию по делу, что, естественно, было принято к сведению подчиненными ему службами, непосредственно оформлявшими дело Прокурора для передачи в суд, да и самим судом.



Веб-дизайн и программирование: Shark-studio.com
Copyright © Дина Анст "Мир в моих глазах". Минск. Беларусь. 1999-2009 гг, все права защищены.